Ha, tiešām, manā pagalmā pa dienu ir tikai mazie bērņuki, kas rotaļu laukumā tusē ar māmuķiem, bet līdz ar tumsas atnākšanu uzrodas piedzērušies pusaudži, turklāt šo padsmit gadu laikā man aiz loga naktī neviens nekad nav bļaustīijies latviski, tikai mātes valodā. Bet tādi 7-12-gadīgi, kā mēs savulaik tusējām - dzīvokļa atslēga kaklā šņorītē pakārta un pēc skolas visi pagalmā -- nav manīti. Mums bija apmēram tādas pašas izklaides kā bācienam, plus vēl atceros kaļimbamba - šito spēli gan vietējie krieviņi ievazāja, tur bija tāds pantiņš krieviski jāskaita un divas komandas sadevušās rokās izsauca kādu no otras komandas, lai skrien un mēģina tās sadotās rokas izšķirt ar spēku, bet nekādas traumas neatceros piedzīvojusi. Laukos gan man vienreiz ar bultu galvā iešāva indiāņus spēlējot 
To mē arī spēlējām, bet tagad slavenais internets saka, ka pareizie vārdi ir šādi:
— Али-баба!
— О чём, слуга?!
— Пришить рукава!
— На чьи бока?
— Пятого-десятого, Вову (имя любого из противников) к нам сюда!
Mums vēl bija šis -
«Море волнуется раз,
море волнуется два,
море волнуется три,
морская фигура* на месте замри!»
Un mūsu nometnes himna (Albatrosā, Ķesterciemā) bija
Усталость забыта,
Настал тихий час.
И снова подушки,
Как пули, свистят.
И нет нам покоя
Ни ночью, ни днем.
По койкам, по койкам, по койкам, по койкам
Вожатый с ремнем.
Вожатый заходит -
Подушка летит.
Секунда прохожит -
Вожатый бежит.
И нет нам покоя
Ни ночью, ни днем.
По койкам, по койкам, по койкам, по койкам
Директор с ремнем.
Есть паста в кармане
И надо успеть
Мальчишек намазать
И сон досмотреть.
И нет нам покоя
Ни ночью, ни днем.
По койкам, по койкам, по койкам, по койкам
Мальчишки с ремнем.
В палату еловые
Шишки летят.
И снова мальчишки,
Как крысы, визжат.
И нет нам покоя
Ни ночию, ни днем.
По койкам, по койкам, по койкам, по койкам
Родитель с ремнем.
